Кирилл Воронин (lirik92) wrote,
Кирилл Воронин
lirik92

Category:
  • Music:

2011-2020: Рассвет



На самом деле эволюция словно спираль, движущаяся по кругу, сужающаяся на каждом своём витке, ускоряя ритм, бег по летописи времён. И от биологического взрыва в начале Кембрия до выхода первых позвоночных животных на сушу в Девоне проходит 200 миллионов лет, и лишь ещё 100 потребуется им, чтобы взлететь в начале Триаса. Кино словно тот же живой организм - с 1895 по 1927-й год - 32 года, чтобы кино заговорило, и ещё всего лишь 10 лет, чтобы плёнка заиграла всеми цветами радуги. Таково отражение человеческой культуры, где 20000 лет проходит от наскальных рисунков до первых городов, и 60 лет от самолёта братьев Райт до полёта Гагарина за пределы Земной атмосферы. И каждая вынужденная пауза, каждая катастрофа, которая, кажется, останавливает жизнь на всей планете, последняя ступень перед Армагеддоном, как нас учит эволюция, лишь первый шаг на пути грядущего нового Царства. Конец это только начало. И пока титаны Мезозоя правили планетой, рядом с ними порхали их юркие братья, а под ногами ютились шерстистые расхитители гнёзд. И когда одна эпоха подошла к концу, целые ниши, оставленные вчерашними титанами, пустовали совсем недолго. Ведь вымирание лишь старт новой жизни. Конец это только начало. И кино уже доказывало это не раз.
Часть II: Палеоген
Глава 1: Творцы

А кино встречалось с вымиранием не раз. И речь не только о целых классах киноцарства, вытесняемых таксономией более успешной - так звуковое кино вытеснило Великий Немой на периферию, словно семенное растение, оставившее своих споровых собратьев ютиться у воды, заняв все остальные экологические ниши, превратив немое кино к 21-му веку, ленты вроде "Артиста", в причудливую диковину, реликт давно ушедших времён. Так кино цветное - словно растение цветковое, приобретшее благодаря лепесткам всех форм и рассцветок, ароматам, покоряющим каждое живое существо, способное к обонянию, заняло доминирующую позицию в сердцах зрителя. Но даже это лишь примеры взаимной и индивидуальной борьбы видов и классов. Как и всегда в истории - настоящей проверкой на прочность становятся события внешние. И если падение метеорита, как причина вымирания динозавров - причина всё ещё дискуссионная и скорее подходящая для эффектных дуболомных фильмов Майкла Бэя (ни одно вымирание не происходит мгновенно, порой нужны сотни тысяч лет), палеозойские вымирания, связанные с падением уровня океана - факт неоспоримый. Иногда, чтобы целым экосистемам исчезнуть - достаточно просто схлынуть воде. Иногда для вымирания нужна не буря, а её окончание.

Вот и финал Второй Мировой Войны ударил по обе стороны океана. И 1946-й год, последовавший за возвращением сыновей, отцов и мужей из-за океана, ставший одним из самых успешных на тот момент в истории американского бокс-офиса, очень скоро уступил дорогу упадку. В мире на пороге золотых 50-х, приоритет в сознании обычных жителей занимал скорее домашний уют, а во главе стола место занимал теперь новый хозяин дома - телевизор, злодейский архетип в истории кинопроката, его личный Лекс Лутор, возвращающийся вновь и вновь, чтобы завоевать сердце зрителя, вырвать его из объятий всемогущего и величественнего Кино. И так и Великая Отечественная Война, давшая толчок развитию советского документального и патриотического кино, со своим окончанием, словно бы забрала и повод для бегства от реальности. Жизнь, новая, обновлённая, била ключом, целая держава заживляла свои раны, а потому лишь только логичное наступление эпохи "Малокартинья" - к 1951-му году в СССР производилось всего по 9 фильмов в год. Что уж говорить про другие страны мира, если даже Сверх-державам было не до кино.

Но на берегах омелевшего кинематографического моря - уже ждал новый рассцвет. Новые, юные и наглые кинематографисты быстро занимали опустевшие ниши, рождая целые новые направления - от итальянского неореализма второй половины 1940-х до французской Новой волны, воспевавшей индивидуализм, и американских пеплумов, вышедших на широкоформатную битву с телевидением, рубежа 1950-х/1960-х. Кинематограф отныне не изолированная форма искусства, питающаяся лишь только наследием своей культуры, но "Важнейшее из искусств", феномен международный, достояние всех и каждого, и каждое новое направление словно толчок фишки домино, цепной реакцией меняющий всю формацию кинематографии.

Что уж говорить про эпоху нынешнюю, где ноутбук вмещает целую киностудию, где кино всех стран мира доступен по мановению клика мышки, где монтажные эксперименты не требуют бессонных ночей в монтажной комнате. И 2010-е - десятилетие тех самых наглецов, которых больше не разделяют языковые барьеры, где в большой котёл превращается весь свет, где культурное наследие становится достоянием целого мира. Это и есть десятилетие наследия, когда творцы оборачиваются назад, чтобы взглянуть на всю историю кино, не отталкивая, но принимая, ища новое самовыражение через устоявшиеся жанры. И вот так и Дэмиен Шазелл, вырвавшись на экран, словно кинематографист старой формации, взрослеет на глазах, с максимализмом подростка воспевая гениальность, давящую чувства, с цинизмом уверенного в себе реформатора ломая стереотипы жанра мюзикл, чтобы наконец со спокойствием уставшей души рассказать историю человека, пытавшегося стать первым только, чтобы сбежать от самого себя, совмещая европейскую индивидуальность и голливудский лоск и масштаб.

И звёзды падают с небес только, чтобы вспыхнуть с новой силой. Вундеркинд аниме - Макото Синкай, в начале десятилетия, кажется, не оправдывающий надежд, возложенных на него после "5 сантиметров в секунду", вкладывая себя в попытку имитации Миядзаки в "Ловцах голосов", наносит удар по жанру и анимации вообще, принимая себя и свои чувства, когда запечатлевает на небесах анимационного неба "Твоё имя". Наследие не значит копия, второго Миядзаки быть не может: наследие это развитие того, что навсегда ставло культурным достоянием само по себе. Вот так постепенно в тени титанов, всё чаще продающих себя именитому брэнду, обезличивающему всё и вся, возникают словно бы авторы новых времён, которым нужен лишь только шанс, чтобы поднять голову выше.

И имя Мартина МакДоны запечатлевают "Три биллборда на границе Эббинга, штат Миссури", пока недавний драматург Флориан Целлер вписывает свои инициалы в графу имени режиссёра "Отца", вслед за Аароном Соркином, во все оружии выходящего на помостки киностудии с собственными сценариями за плечами. Эксперименты редки, но те, что есть, навсегда оставляют авторов в истории кино: и Ричард Линклейтер словно выжидавший все эти годы сумрачный гений, бьёт по аудитории два года подряд собственной летописью веков, возвращая в финале собственной трилогии в реальном времени Джесси и Селин, и навсегда запечатлевая на киноплёнке Отрочество Эллара Колтрейна. Линклейтер словно путешественник во времени, так же, как Альфонсо Куарон, словно бы по мановению волшебного артефакта, имя которому киноплёнка, возвращающий в наше время эпоху собственной юности с его волнениями, болью, но и светом, признанием в любви собственной няне и собственному детству. И Голливуд, отдавая первые места бокс-офиса франшизам, сиквелам и римейкам, а золотые премии инклюзивам и политически правильным киноисториям, словно не замечает целого нового мира, копошащегося у них под ногами, но вынужденного развиваться быстрее, адаптироваться к новым временам межчеловеческой аггрессии, и охоты на ведьм, лишь изредко по недосмотру допуская в свои ряды хитрых диссидентов вроде Райана Джонсона, который, злобно хихикая над студией Дисней, и добивая бедного мученика из Далёкой Галактики, решает, что время компромиссов ушло, и пришло время "Достать ножи"

И Куарон и Линклейтер, Дель Торо и Иньяриту - всё те же вчерашние вундеркинды, с началом нового десятилетия, не просто не затерявшиеся в пику многим своим коллегам по 2000-м, но ушедшие на второй план словно бы намеренно, чтобы наносить удары по кинематографу точечно, выжидая, фиксируя, делая выводы, и экспериментируя так, как не позволит себе ни один режиссёр, связанный по контракту с киновселенной крупной студии. И кажется логичным, что в мире трёх-актных сценариев, и устоявшихся приёмов кино, словно бы ясно намекая на то, что даже продюсерское кино может быть другим, всё чаще внимание кино международного привлекают кто угодно, но не американцы. И 2010-е становятся десятилетием триумфа мексиканцев и корейцев, французов и англичан, испанцев и японцев, словно бы в насмешку всем обвинениям в расизме в декаду, начатую оскаром французу Мишелю Хазанивечусу и его не так чтобы Великому, но всё же Немому. Тенденции, словно бы ясно дающие понять, что время старых устоев уходит, зрителю нужна встряска уже на уровне киновосприятия, а шаблоны лишь временная мера неспокойных времён, когда зрителю нужна уверенность хотя на уровне комиксов, как говорил когда-то Алан Мур.

И почему-то кажется, что телевидение, куда так часто бегут нынешние творцы, мера не просто временная, но и максимально необходимая. И не только в плане очевидной эволюции, когда-то в 1950-х вынудившей кино искать новые направления и подходы к кинозрителю. Раннее телевидение с его крупными планами, минимумом декораций и отсутствием цвета, было не так сложно обойти, в конце концов, относительно телевидения современного, способного дать творцу куда больше свободы на уровне сценариев и даже такой косметической вещи, как возрастной рейтинг. Нет, кроется здесь и ещё одна очень важная подоплёка, ключ к которой скрыт в предыдущем предложении. Нынешнее телевидение словно уникальный плацдарм для только дорвавшихся до камеры авторов. Подлесок, позволяющий развивать собственные преимущества, оттачивая свои таланты и умения, чтобы в один прекрасный момент вырваться на свободу большого экрана.

И так, медленно, но верно, в выигрыше оказывается каждый. Даже ваш покорный слуга, ещё в начале десятилетия не принимавший формат сериала на равне с кинематографом, к его финалу не может не видеть тех преимуществ, что даёт телеформат, возможность рассказывать истории, полные такого напряжения, индивидуальности и эмоциональого нерва, тянущегося в течение десятков часов и сериальных лет, на какие кинематограф не способен. И так же, как книга и комикс не должно соперничать друг с другом, будучи форматами разными в самой своей сердцевине, так и кино и телевидение две эволюционные ветви, имеющие в своём днк общие гены, заняв разные экологические нишы не просто могут существовать друг с другом, но должны, стимулируя, подгоняя друг друга, ускоряя собственное врожденное стремление к развитию.

И сегодняшние триумфаторы телевидения могут стать кинематографическими революционерами завтра. Найти новый способ рассказывать истории, новые их форматы. И пока Гиллиган и Гулд с помощью Сола Гудмана демонстрируют, на что способен телевизионный формат вот уже в течение 6 лет, объектив Эммануэля Любецки, в течение десятилетия демонстирует что, что значит киноязык во всём его многообразия. И правда то в том, что на самом деле оттачивание совершенства происходило все эти годы на наших глазах. Но и периоду Палеогена, периоду рассвета млекопитающих и птиц в мире, опустевшем после Мелового периода, понадобилось добрых 40 миллионов лет, чтобы заполнить все пустовавшие ниши. И даже это совсем немного по сравнению с теми самими 200 миллионами лет, что понадобились, чтобы хордовые выбрались из воды. Ходить, в конце концов, научить куда сложнее, чем бегать. Конец - это только начало. И это вам красноречиво докажут...
Глава 2. Франшизы
Каждое историческое потрясение автоматически отражается и на культуре. И, франшизы, чьё время пришло с началом Бондианы, а полноценная эпоха началась с "Новой надеждой", словно бы лакмусовая бумажка того, что происходит в мире. Истории, вынужденные, чтобы выжить, адаптироваться в новым реалиям. А иначе.... Иначе погибать. Пожалуй, самое глобальное вымирание в истории франишз произошло на рубеже 1980-х/1990-х, когда Перестройка переиначила всю политическую карту миру, все реалиии, открыв дорогу новому миру, миру, где Холодной войне не было места. И словно бы отражая потребности во всём новом в прошлое канули истории, многие из которых так и не смогли и не смогли возродиться, а те, что смогли, прежними уже ни были. Не верите? Что ж, давайте присмотримся поближе:

  • Для начала самое простое: кассовые провалы. Уже к концу 1980-х годов из нескольких франшизы было выжато всё, что возможно. "Кинг Конг" канул в лету с фильмом "Кинг-Конг жив" (гг), чтобы ожить только в 2005 и то всего на один фильм вплоть до ребута.

  • "Супермен 4: Битва за мир" в 1987-м завершил историю о Человеке из стали на 19 лет (и там её вновь хватило на одну ленту, перед.... единственным сольным ребутом).

  • "Малыш-каратист" выдохся к триквелу, породил никому не нужный спин-офф с Хилари Сунок и вплоть до римейка 2010-го вообще не появлялся на больших экранах.

Другие киносерии до Перестройки чувствовали себя хорошо, но уже следующие их фильмы, вышедшие в новую эпоху, показали, что эти серии должны были остаться достоянием 1980-х, и ни в коем случае за их пределы не выходить. Примеры?

  • "Полицейский из Беверли-Хиллз"

  • "Крокодил Данди"

  • "Полицейская академия"

  • И конечно же "Охотники за привидениями" возродить которых без шанса на успех пытаются уже который год, позволяя выживать разве что в формате мультсериалов.

Сразу двум трилогиям поставили точку их же авторы уже в 1990-м

  • "Крёстному отцу" Фрэнсис Форд Коппола

  • и "Назад в будущее" Роберт Земекис

Наконец, даже обе трилогии за авторством Джорджа Лукаса закончились в 1983-м и 1989-м.
Причём, если "Звёздные войны" буквально, породив только трилогии приквелов, до продажи Диснею, то "Индиана Джонс" возродился скорее постсскриптумом.


  • Впрочем, что может быть лучшим показателем эпохи, чем Бондиана, перерождающаяся снова и снова с каждой новой эпохой, давая зрителю универсальный эскапизм под стать веянию эпохи? И "Лицензия на убийство" с Тимоти Далтоном словно последний фильм Бондианы классической, точка, от которой во времена окончания Холодной войны, символом которой персонаж так долго был, никто не знал, как плясать, вынудив франшизу скорее отремиксовать: Бондиана с Броснаном словно аппендикс основной серии, доведённый до точки невозвращения уже к 2002-му году, после чего всё, что оставалось, лишь перезагрузить франчайз с 40-летней историей заново.

  • Шпионским историям вообще пришлось туго: и "Охота за Красным Октябрём" и вовсе уникальная и самодостаточная история о Джеке Райене, так и оставшаяся лучшей в серии, которую пытались вырвать из-под влияния Красной угрозы, сменив время действия, поменяв Болдуина на Форда, но так толком и не сумев, закрыв серию на третьем фильме, и не найдя контакта с аудиторией ни одним из двух ребутов с Аффлеком и Пайном соответственно.

  • Наконец, "Стар Трек", чьё окончание - фактически 6-й фильм, "Неизведанная страна" - последняя лента с участием команды оригинального сериала, лента о примирении землян и клингонов, парафраз политической Оттепели, последнее путешествие команды Энтерпрайз ради миссии заключения мира. Фильм, после которого кинофраншиза Стар Трек будет скакать по бокс-офису, как по американским горкам, пытаясь найти себя, так часто фальшивя уже на уровне идей.

Я уж не говорю про "Чужих" и "Терминатора", чьи многочисленные сиквелы, вышедшие после окончания Холодной войны так и не смогли достичь высот первых двух фильмов обоих серий, да и как можно? Особенно если учесть, что "Судный день" Кэмерона фактически кино об окончании этой самой войны, тему и эпоху, в общем то закрывающий.

И финал десятилетия словно предчувствие грядущих перемен, один большой Эндгейм, когда сразу несколько киносерий подошли к своему финалу, пусть и очевидно временному, вплоть до необходимости нового кассового тентпола. "Мстители" и "История игрушек", "Звёздные войны" (в 3-й раз) и "Люди-Икс", "Лего: Фильм" и "Терминатор" (в n-ный раз), телевизионные "Игра престолов" и "Во все тяжкие", удостоившиеся (не)лишнего эпилога, словно бы отсалютовали напоследок, в то время, как лишь из-за инфекции, того самого стороннего фактора, финалы "Бондианы" с Крэйгом, "Мира Юрского периода" и "Фантастических тварей" оказались отложены на неопределённый срок. Таково всё десятилетие. Не только уже помянутый не раз "Терминатор", но и "Чужой", "Хищник" и "Бегущий по лезвию" вернулись, кажется, только чтобы накрыться медным тазом в лице зрительского доллара, не одобрившего возвращения старых киносерий. Премьера нового Стар Трека в 2023-м пока никак не гарантирует появление команды, собранной Абрамсом, "Пиратам Карибского моря" и "Трансформерам" уже прописан ребут, причём с приёмом сего универсального средства студии очевидно не торопятся, и не так, чтобы кто-то сильно переживал по этому поводу.

Словно в рифму окончанию эпохи это было десятилетие окончания целых трендов, когда к финалу подходили все молодёжные франшизы, как прошлой декады ("Гарри Поттер" в 2011-м и "Сумерки" в 2012-м), так и декады этой. Когда молодёжная антиутопия в лице Голодных игр, Бегущего в лабиринте и Дивергента, не подрасчитыв своих запасов, сдалась в борьбе со стихией (хотя конечно у Голодных игра всегда есть шанс вернуться благодаря литературному приквелу), причём в случае с последним наиболее тяжёлым случаем прихлопнув заодно и бессмысленный тренд, начатый Гарри Поттером, разделения экранизации последней книги на 2 фильма. Экранизацию последней книги из серии о "Пятидесяти оттенках" никто не разделял, а легче не стало, правда, никому.

И словно, оказавшись на одной волне с творцами, где-то там на краю зрительского внимания ютились ленты, истории и киносерии, полные настоящего, бьющегося сердца. Истории и франшизы, классические и невероятно свежие разом, способные спасти и растопить сердце любого зрителя даже во время конкуренции титанов. Франшизы, полные индивидуальности и духа кино. И неважно, билось ли у них в груди сердце плюшевого мишки или лидера обезьян.
Адаптация - ключ к выживанию. А потому, по иронии, как мы уже выяснили, так часто присущей судьбе, действующей через мнимые случайности, киносерии, некогда ставшие в основе потокового производства, конвейера кинофраншиз, приобрели индивидуальность и лицо в мире, где конвейер стал универсальным. И Бондиана, некогда выходившая раз в 1-2 года, сменяя режиссёров, как перчатки, и Звёздные войны, творение Лукаса, личность которого невозможно было скрыть даже другим режиссёрам, и посещавшее кинозалы раз в 3 года с 16-летним перерывом между трилогиями, поменялись местами радикально. И вот и Джеймс Бонд, некогда эталон продюсерского кино (4 фильма с Броснаном сняты 4 разными режиссёрами, кто скажет, какой каким, ну?), всё больше становится киносагой, привлекающей режиссёров элитных, когда в режиссёрское кресло садится лауреат премии Оскар за "Красоту по-американски", сагой, выходящей раз 3-6 лет, превращая каждый фильм в уникальное законченное произведение, словно в пику Мстителям, каждый фильм о которых заканчивается бондовским обещанием о Возвращении (уже через три месяца, да). И вот и Звёздные войны одаривают своим присутствием экраны каждый год, теряя всяческую событийность, утрачивая интерес зрителя, становясь просто очередным блокбастером из многих - космическим Форсажем в лучшем случае.

И вот и "Планета обезьян", отбрасывая свои корни фильмов категории-б, в которую скатился оригинальный киносериал после бессмертного оригинала, судьба, от которой не спас даже римейк Тима Бёртона, который не взлюбили видимо по инерции, другого объяснения я не вижу, из социальной фантастики, превращается в фантастику экологическую. Отбрасывая сатиру на человечество, превращаясь в такую редкую нынче биологическую притчу, жанр, который не сумел поддержать вернувшийся "Юрский период", скача по жанрам от эпидемиологического фильма-катастрофы уже в 2011-м году (словно предчувствуя грядущее), до пост-апокалипсиса и в конечном итоге кино военного. Помните был такой жанр - научная фантастика? Что ж, "Планета обезьян" - её самый яркий и выдержанный представитель десятилетия, когда люди на самом деле снова начали смотреть в космос после целой декады увлечения фэнтези. Отвлекшись от громких франшиз и взглянув на космос теперь уже глазами авторов, через лобовое стекло скафандра Альфонсо Куарона и иллюминатор Ридли Скотта, став свидетелем Прибытия Дени Вильнева и пролетев сквозь звёзды под мелодии Ханса Циммера.

Это было странное десятилетие однообразных блокбастеров, в котором военное кино Нолана нельзя было спутать ни с чем иным. Это было странное десятилетие конвейрных франшиз, в котором Бондиана Сэма Мэндеса разделила поклонников серии благодаря авторскому подходу, принятому не всеми. Это было время римейка бездушных римейков мультфильмов Диснея, в котором "Кристофер Робин" Марка Форстера наполнял твою душу таким количеством любви и ностальгии, что не каждому классику под силу. Это было десятилетие утомившего cgi, в котором компьютерный мишка Паддингтон, оказался одним из самых доброжелательных и милых сердцу персонажей эпохи. Это было десятилетие абсолютно однообразных Звёздных войн, в котором сердце замирало от знакомого дыхания в конце тёмного тоннеля, и дыхание перехватывало от страха перед красным световым мечом.

Это было странное десятилетие. Но всё же....

Глава 3: Киновселенные
Всё началось с комиксов. Не кинокомиксов, а именно тех самых, настоящих супергеройских комиксов, в общем то первый послевоенный удар на себя среди всей популярной культуры и принявших. Поддерживавшие боевой дух истории о борьбе за добро с кулаками после окончания войны, кажется, оказались никому не нужны, спрос на супергероику начал падать не по дням, а по часам, и из всех классических персонажей после закрытия десятков серий, выжили разве что Супермен, Бэтмен и Чудо-Женщина. Выжили лишь чтобы стать удобной мишенью для поп-психологии, видевшей в персонажах комиксов разве что сексуальные девиации, обвиняя авторов в совращении своих читателей, вынуждая одних истории и персонажей упрощать, а других и вовсе искать новую профессию. Это были 1950-е годы, и время Маккартизма и "охоты на ведьм" вот-вот настигнет и всю остальную культуру, за обвинениями в предательстве родины, сочувствии коммунизму и подрыве социального авторитета правительства, лишив работы, той самой родины, а то и свободы режиссёров, авторов, писателей, актёров и музыкантов. Это было время, когда со зрителем и читателем приходилось говорить между строк, когда не такой - означало опасный. Когда талант не ставился ни во что, когда индивидуальность воспринималась, как болезнь, если твои убеждения противоречат веяниям времён.

Но супергерои выжили. Выжили и индивидуальность и талант. Выжило и кино.

Чем больше всё меняется, тем больше остаётся неизменным. За каждым новым вымиранием следует новый эволюционный скачок. За каждым закатом рассвет. Эпоха заканчивается, чтобы началась другая. Эпоха, в которой борьба за выживание выйдет на новый виток, станет сложнее, только чтобы жемчужины, которых будет становиться всё меньше, сияли всё ярче. Но с каждой новой эпохой, оглядываясь на времена ушедшие, мы будем восхищаться титанами прошлого, теми, чьё величие, кажется, уже недостижимо. Но с каждым новым витком спирали мы будет пытаться достичь тех же недостижимых вершин, потому что по-другому не бывает. И у каждого поколения будет свой титан. У каждого поколения будет своя Годзилла, и свой Джеймс Бонд, свой Бэтмен и своя киновселенная, свои кумиры и звёзды, эталоны красоты и утончённости в моде, свои премии, свои достижения, и даже свои трилогии приквелов, чтобы отвлечь на что-то хейтеров.

И у каждой эпохи будет свой символ.


Это десятилетие началось с инициативы DC Comics, обнулившей все свои серии. Это десятилетия закончилось Doomsday Clock, комиксом Джеффа Джонса, объединившим вселенные DC и Watchmen в одно единое целое, запустив цепную реакцию. Цепную реакцию, сегодня, спустя 1,5 года превратившую все истории DC в один большой мета-сюжет. И неважно, супергероика это или нуар, романтика или драма. Всё это часть большего, целого мира, сотканного из индивидуальностей, где каждая история важна, где важен каждый голос. Где важен каждый момент. В 2011-м вселенная DC была разрушена, только для того, чтобы к 2021-му году стать чем-то бесконечным.

И то, что происходит сегодня в культуре, в эпоху "отмен" авторов и творцов, в "эпоху", когда "охота на ведьм" времён МакКартизма выворачивается на изнанку, где случайный твит или пост в инстаграме становятся причиной скандалов, разрушенных дружб и увольнений, кажется, лишь той необходимой болью, которая должна, обязана привести к чему-то лучшему. Большему, где каждый из нас, наконец, станет частью одной больше мета-истории, где кино лишь часть одной большой бесконечной вселенной.

А что собственно само кино? Кино выживет в любом случае. Потому что порой достаточно лишь одного творца, лишь одной идеи, лишь одной яркой, сильной личности, чтобы изменить абсолютно всё. Я знаю это. Ведь такое уже было.
Добро пожаловать в 2020-е. Какими бы они ни были.
Tags: 2010е, итоги, кино, мнение
Subscribe

  • Не время умирать

    Was I stupid to love you? Was I reckless to help? Was it obvious to everybody else That I'd fallen for a lie? You were never on my side (с)…

  • Золотой Лирик 2010-х

    This is the end. Hold your breath and count to ten. Эти слова из строчки бондовской песни сейчас подходят, как нельзя лучше. Это непростое…

  • Золотой Лирик 2020

    Финальный отсчёт пошёл. Последний Оскар ушедшего десятилетия будет роздан завтра (через 2 дня, учитывая разницу широт), и на этом подведёт итог…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments

  • Не время умирать

    Was I stupid to love you? Was I reckless to help? Was it obvious to everybody else That I'd fallen for a lie? You were never on my side (с)…

  • Золотой Лирик 2010-х

    This is the end. Hold your breath and count to ten. Эти слова из строчки бондовской песни сейчас подходят, как нельзя лучше. Это непростое…

  • Золотой Лирик 2020

    Финальный отсчёт пошёл. Последний Оскар ушедшего десятилетия будет роздан завтра (через 2 дня, учитывая разницу широт), и на этом подведёт итог…