Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

Pike

60

Сегодня, кажется, уже сложно представить то ощущение великого рубежа, каковое наполняло атмосферу конца 1950-х и 1960-х годов, но которое доносится до нас благодаря культурным памятникам той эпохи, будь то литература, кино или комиксы. Ощущение всепричастности человека, как вида биологического и творения духовного разом, к следующему шагу в неизвестность, бесконечной всеосознанности науки, которой отныне подвластно всё. Ещё не прошло 16 лет с падения двух бомб, триумфа науки, как силы в определённых руках разрушающей, как словно обратная, светлая сторона этой медали, энергия, подчинённая учёным разумом, направила человека за пределы земного шара, в противовес всеразрушению всемогущего атома в космос, туда, где сама Земля является лишь атомом целой Вселенной. И подвиг Юрия Алексеевича Гагарина, ведь в сущности подвиг сотен ученых и принесённых в жертву науке ни в чём неповинных животных жизней, о которых ни в коем случае нельзя забывать. Подвиг, вобравший в себя подвиги всех прочих, словно острие копья, разорвавшее границы атмосферы, сломавший границы географические и расовые, поднявший человека над Землёй, возвисывший так, как способна была возвысить, кажется, только наука. Космическая гонка, как политическая парадигма двух Сверх-Держав, всё та же медаль о двух сторонах - теория ядерного сдерживания Холодной войны, балансируемая чудесами науки и техники, когда каждый год словно обозначал новый шаг вперёд, пресловутое суперменовское Up, Up and Away, когда завтра было неизбежно светлее, чем вчера.

И "Поехали" Гагарина словно бы старт новой Эры в истории Человечества, катализировавший десятилетие чудес, когда невозможное означало лишь "пока нерешённое", когда границы, кажется, были лишь в головах людей, не более чем прочерченными линиями на карте мира: один взгляд из иллюминатора бы подтвердил, что на самом деле никаких границ нет. Старт Эры Чудес, продлившейся так недолго, но словно разделившей всю историю человечества на до и после. И 12 апреля 1961-го года та дата, после которой стало понятно: науке и человеческому разуму и человеческой же силе воли подвластно, если не всё, то многое, дайте лишь время, ту самую архимедовскую точку опоры, которая способна перевернуть Землю. И улыбка Гагарина - символ этих перемен навечно, словно противовес анти-ядерным демонстрациям и юго-восточным войнам 1960-х, озаривший собой всю Космическую Эру, ставший олицетворением надежд,  воплощенным уже здесь и сейчас, наступившего будущего, которое уже пришло, чтобы остаться с человечеством навечно.

Наступившее будущее, которое так и осталось чудесным зеркалом шестидесятых годов, уступив место политическим и социальным треволнениям 1970-х, птицей счастья, которую, кажется, так теперь сложно ухватить за хвост. И человечество, опустившееся с небес на Землю, словно Икар с расплавленными крыльями, взлетевший, чтобы упасть. Словно кубриковский эмбрион на границе атмосферы: ребёнок, не разобравшийся в себе, и в собственных проблемах, не готовый к тому, чтобы переступить порог родительского дома, задыхающийся в собственных комплексах и неуверенности в собственном будущем. Будущем, которое было так близко, но оказалось вырвано из-под наших ног, оставшись лишь полузабытым воспоминанием.

Будем ли мы когда-то готовы? Решать нам. Как духовным творениям и как виду биологическому. И подвиг Юрия Гагарина - это подвиг символа, своей лучезарной улыбкой освещающего наши надежды и спустя 60 лет, обещанием будущего, которое возможно, обещанием чудес, на пороге которых мы когда-то были, и которые всё ещё нас ждут где-то там, за горизонтом. Напоминание о свете звёзд, которые в 1961-м стали нам ближе, чем когда-либо, и о последнем рубеже, который остаётся только перешагнуть, сделав следующий шаг. Ведь первый уже был сделан. И он будет первым навсегда.

С праздником!
Pike

Star Trek: Picard (Season 1)

"Пикар" в чём-то напоминает "Мандалорца" - скорее мини-сериал, чем полноценный первый сезон в духе предыдущих эпосов космической франшизы, возвращающий зрителя в мир уже после основных событий, сотрясших оригинальную вселенную. Кажется, формула найдена универсальная. Опробовать на простом зрителе нечто новое, позволить Джей Джей Абрамсу разрушить до основания всё старое, на 3-м кинематографическом опыте франшизу добить, а затем вернуться к проверенным временем и преданными фанатами временам Оригинальной Трилогии в одном случае и Следующего поколения в другом. На этом, впрочем, сходства заканчиваются, и две вселенные идут в двух абсолютно разных направлениях. И пока "Мандалорец" предпочитает отсиживаться на однообразных пустынных планетах, топчась на безопасной территории семейного развлечения, стараясь держаться хронологически как можно дальше от болезненных фантазий Абрамса, Пикар встаёт на грань, доселе во франшизе невиданную. И речь не только о том, что впервые в истории Звёздный путь готов переступить через границу 24-го столетия, после трёх 7-сезонных сериалов и 4 фильмов, наконец, вступив в век 25-й.

Наверное, нет, другой такой франшизы, теряющей собственные идеалы с таким заметным энтузиазмом, как Стар Трек. Идеал Федерации, на протяжении всего жизненного пути Джина Родденберри бывший абсолютным символом светлого человеческого будущего, космический социализм, построенный на чистом и добром, что есть в человеке разумном, дал трещину ещё в начале 1990-х вместе с развалом СССР. Там, на затянутых мраком нижних палубах Дип Спейс Найн, проведя лучом ночного прожектора сквозь тень, отбрасываемую Федерацией планет, сценаристы, только ступившие на борт киновселенной, осветили все те внутренние конфликты, на котором безконфликтное будущее и строится, но о котором те, кто живёт на свету, в лучах ярких звёзд, до которых теперь рукой подать, предпочитают не вспоминать. Cпустя годы, Дискавери эту трещину надломит окончательно, удержав от распада вселенную лишь силами второпланового капитана Пайка. А ещё спустя год кровоточащую светом звёзд рану придёт залатывать тот человек, который прошёл так далеко, как ни ступала нога ни одного человека до него. Там, где Пайк был символом всего лучшего, что скрывается за словом Федерация в космосе Стар Трека, бывший капитан Энтерпрайза - и есть та самая Федерация во плоти.
Collapse )

P.S. 12 мая 2009-го я написал свой первый пост в ЖЖ. И в первом же посте я написал о "Стар Треке" Джей Джея Абрамса, никак не думая, однажды посмотрю весь "Звёздный путь", приобщившись к этому важному культурному феномену во всех его аспектах. Но вот спустя 11 лет я здесь, уверенный, что если уж ко мне, скептику, "Стар Трек" нашёл дорогу, то следующие поколения уж точно будут знать, что такое космос.... Последний рубеж. И что же это действительно значит - смело ступать туда, куда ни ступала нога человека.
Боунс

Star Trek: Voyager

"Есть три вещи, которые нужно соблюдать, будучи капитаном: держать рубашку заправленной, тонуть вместе с кораблём и никогда не бросать никого из своей команды" (c)
капитан Кэтрин Джейнуэй

"Вояджер", будучи уже 4-м сериалом (5-м, если считать мультипликационный) в масштабной телеэпопее о борьбе Звёздного Флота за светлое и безмятежное будущее, на первый взгляд отправляет нас туда, куда действительно не ступала нога человека и авторов франшизы - в дельта-квадрант Млечного пути, за 70 000 световых лет от Земли, чтобы поставить перед экипажем совсем другие задачи, нежели у предыдущих героев космо-эпика. "Вояджер" становится сагой не только о встрече с неизведанным, казалось бы, здесь, на другом конце нашей Галактики действительно чем-то чуждым, далёким, но и о возвращении домой, выживальческой драмой о пути в неизвестность, где пункт назначения - родная Земля. Ни Звёздного флота для поддержки, ни знакомых рас вроде клингонов или вулканцев, способных протянуть руку помощи - Вояджер по сути своей настоящее испытание на прочность хвалёного Старфлита  (чьи устои осмелился поставить под сомнение "Глубокий Космос 9"), где за пределами небольшого (в сравнении с тем же Энтерпрайзом) звездолёта бесконечная пустота, способная чью угодно надежду подвергнуть испытанию. И словно бы и того новому экипажу мало - Маки - команда террористов, досаждавших экипажу ДС9 и Флоту оказывается здесь же, в Дельта-Квадранте, вынужденная встать перед выбором - идти своей дорогой или объединиться с флотскими. Ставки нарастают с каждым новым поворотом сюжета, обещая самый смелый сериал во вселенной Звёздного Пути... Но ключевое слово, как говорится - обещая.

Collapse )
Джедай

Первый шаг: "Человек на Луне" Дэмьена Шазелла

Начиная историю с личной трагедии Нила Армстрога, Дэмьен Шазелл моментально задаёт тон всему повествованию. "Первый человек" не история научного достижения, не бравая сага о покорении космоса, но драма человека и его семьи, оказавшихся в ситуации, из которой каждый пытается найти свой собственный выход. Потому и фильм, открывающийся сценой испытания летательного аппарата вполне в духе "Парней, что надо", в итоге ограничит количество обязательного монтажа суровой жизни будущих покорителей космоса и научной терминологии сухим миниумом, необходимым, чтобы напомнить в первую очередь о том, что за техническим прогрессом стоят люди недюжинного ума и физической подготовки, посвятившие свои жизнь, тело и ум стремлению к новым высотам. Шазеллу, 2 года назад проведшему деструктурирование мюзиклов 1950-х, однако же ожидаемо интересно не это: танцам под Fly Me to the Moon, разговорам жён астронавтов у бассейна, байкам самих покорителей космоса за семейным столом он готов посвятить куда больше хронометража, напоминая, что за плечами людей, которым предстоит остаться в истории навсегда - простая человеческая жизнь со своими радостями и потерями.

Приземлённость истории, которая, казалось бы, не может быть приземлённой априори, лишний раз подчёркивается сценами полётов: во время стыковки Джемини 8 или прилунения показ летательных аппаратов и космические эффекты уступают место кабинам пилотов, их чувствам и реакциям, фокус лишь изредка перемещается на несущее крыло, предпочитая даже полную темноту в отсутствии внешнего освещения ярким краскам космических полётов. Романтика покорения космоса исчезает с лёгкой режиссёрской руки и монтажных ножниц, оставляя лишь горькую реальность первооткрывателей в мире за пределами атмосферы, где жизнь зависит от хладнокровия ума и умения принимать невозможные решения в долю секунды, тот самый миг, который отделяет прошлое и будущее, жизнь и гибель за пределам родной планеты. Шазелл не останавливается даже в минуты, когда история, не нуждающаяся в сценаристе, сама ведёт свою линию по давно свершимся страшным строкам, даже трагедию экипажа "Аполлона 1" показывая буквально изнутри.

Тот случай, когда знание исторических событий эмоционально скорее усложняет восприятие фильма. Очень часто за победой научной и технической забываются жизни, отданные в погоне за прогрессом, но задокументированная хроника космических достижений, обнажает судьбы людей лишь только стоит актёрам примерить на себя их имена и фамилии. И улыбчивому семьянину Уайту в исполнении Джейсона Кларка уготована страшная судьба быть жертвой научного прогресса, а Армстронгу, с тоской смотрящему на Луну, предстоит стать одним из символов 20-го столетия. Меланхоличная харизма Райана Гослинга, не так чтобы похожего на самого Армстронга, здесь играет только на руку: его видимое спокойствие, скрывающее океан тоски, кажется одной из составляющих успеха самой миссии, прошедшей путь от неудачной стыковки Джемени 8 до прилунения в нереальных условиях. Отсюда и разница в подходах к историям о покорения космоса между "Парнями" и "Человеком": Чак Игер, преодолевший звуковой барьер, этакий космический ковбой, один из центральных героев эпика Филиппа Кауфмана и Нил Армстронг, первый человек, ступивший на поверхность внеземного небесного тела - герои разных историй и судеб.

И "Первый человек" фактически начинается с эмоциональной если не смерти, то травмы главного героя, человека, для которого Луна - это лишь ступень к новой жизни. Буквально первый шаг к тому, чтобы обрести смысл, двигаться дальше. А потому и за легендарным "маленьким шагом" здесь скрывается куда больше, жизнь, перевёрнутая с ног на голову, обретаемая заново там, где Земля становится лишь маленькой точке на небосводе. И сухой реализм становится важным оружием Шазелля, ещё недавно обрисовывавшего историю любви яркостью красок только обрётшего цвет кинематографа, теперь историю покорения звёзд окрасив в тона лунного песка и темноты мира вне атмосферы, спасибо, думается, и Натану Кроули, постоянному дизайнеру некоего К.Нолана. Потому что именно та самая "приземлённость", то самое оружие, лишается своей силы в самый нужный момент. Уходя в сторону, давая выход ярости турбин Аполлона 11, экран словно бы расцветает, и Джастин Хоруитц, тонкой нитью лиричных композиций обрисовав историю людей в их попытках снова и снова идти вперёд, словно бы перестаёт сдерживать себя, взрывая кинозал музыкальным крещендо. Кабины уступают место изящному корпусу, словно пуля разрезающему небо над мысом Кеннеди. Аполлон поднимается в воздух, как символ теперь уже не технического прогресса, а итог борьбы людей, лишь только хотевших увидеть Землю с другой перспективы. Сделать тот самый следующий шаг.

И когда дверь лунного модуля открывается, зритель, словно бы с самим Армстронгом прошедший путь от Земли до Луны, в полной тишине космоса оказывается один на один с лунной поверхностью, готовый, так же, как когда-то Нил Армстронг сделать тот самый шаг, второго подобного которому уже не будет. Дыхание перехватывает само собой, пульс учащается, а затем нога как будто с самим Армстронгом ступает на Луну, переживая удивительный момент первооткрывания, дар прикосновения к неизведанному. Но Шазелл, кажется, не был бы самим собой, если бы в минуту мнимого триумфа, не вернул ленту к её эмоциональному началу, ударив под дых, вновь напомнив о том, что это история одной конкретной жизни. Потому и не найдётся здесь сцены водружения цветастого флага. Сделав первый шаг по Луне, Нил Армстронг завершает своё эмоциональное путешествие там, где Земля занимает место Луны на небосводе. Человек, чьё достижение соберёт у экранов миллионы зрителей по всему земному шару, там, в одиночестве среди звёзд, наконец то примиряется с судьбой, отпуская прошлую боль. И лишь спустя долгие годы, он готов по-настоящему вернуться домой.

И вот и получается, что за бесконечными спорами о том, был ли человек на Луне или нет, нынешнее поколение совершенно забывает о том, что за высадкой на спутнике Земли скрыто нечто большее, чем просто исторический факт, сухая дата на календаре важных событий. Это прорыв, сплотивший человечество, словно бы кульминация достижений удивительного десятилетия Космической Гонки, начатого героическим подвигом Юрия Гагарина. Десятилетия побед Человечества, символов того, что разум способен на всё. Но символов, о скрытых людях за которыми там легко забыть. И фильм Дэмиена Шазелла это не кино о триумфе научной мысли, но о куда более сложной борьбе с собственной болью. Это история о примирении и возвращении к жизни.

Это история большого шага для одного человека.
Боунс

The Next Generation


Судьба благоволит детям, дуракам и звездолёту "Энтерпрайз" (коммандер Уильям Райкер)

"Следующее поколение", вышедшее через 21 год после празднующего сегодня юбилей оригинального "Звёздного пути", можно назвать олицетворением всех тех изменений, которые произошли не только во франшизе, но и во всей культуре двадцатого века. Логично, что символом этих изменений становится новый капитан, Жан Люк Пикар в исполнении сэра Патрика Стюарта, создавшего свой собственный образ капитана капитанов. И дело даже не в пресловутой смене моды, когда рубашки сменил облегающий спандекс, или развитии технологий: мостик корабля выглядит куда более футуристичным. Меняется сам настрой и подход: революции Николаса Мейера на большом экране не прошли без следа и для экрана телевизионного. Отсюда проистекают моменты и светлые и отрицательные: команда действительно больше напоминает команду, субординация соблюдается чётко, ранги подвергаются чёткой классификации, за повышением по службе определённых персонажей можно не без интереса следить.

С другой стороны, как ни старается новый экипаж, в семью он не превращается. Кажется, что в будущем, в котором человечество переросло взаимные конфликты, куда то подевалась и былая дружеская теплота. Не в последнюю очередь играет роль и тот факт, что когда-то в центре внимания оказывалась основная тройка игроков, с прекрасным саппортинг кастом. Следующее поколение, пытаясь выделить под каждого персонажа свою серию, или же бросая в конфликт всех разом, автоматически исключает былые, так называемые "ламповые" отношения. Как бы не заверял в своей дружбе андроид Дэйта техника Ла Форджа, и как бы не сближались Ворф и советник Трой, постоянная перетасовка персонажей даёт себя знать. Да, команда сплочена, но о рангах не забывает никто: как бы ни был близок вечный Первый к Капитану, даже будучи выше него, кажется, что всегда будет смотреть на Пикара снизу вверх. Происходит и рокировка. Команда вынуждена порой действовать против воли Пикара, чтобы спасти положение, по ходу завоёвывая себе уважение в глазах вышестоящих, тогда как Капитан капитанов сам был готов действовать против воли кого угодно, даже устава Звёздного флота, кроме своей.

Своё диктует время: оптимизм оригинального сериала, вышедшего на пороге покорения космоса, сменился реализмом осознания неопределённости будущего, продвижения минутной стрелки на часах судного дня. В 1980-е, когда страхи культурных деятелей находят своё отражение в Терминаторе, Игре Эндера, Часовых, удивительно вообще, что Звёздный путь сохраняет былой настрой на светлое будущее, пусть даже и в приглушённых отныне тонах. Кажется, что в мире капитана Пикара не нашлось бы места былым гротескным клингонам, которых сменила глубоко проработанная культура, или же забавным трибблам, призванным скорее радовать зрителя. Зато и в мире Капитана капитанов, кажется, не могли появиться борги: абсолютный враг, пугающий уже только тем, как редко создатели удастаивали его вниманием. Действительно, не каждому сценаристу было по силам даже на бумаге "одолеть" высшего противника человеческой личной индивидуальности. Оттого и больше значимость преодоления трудностей. Впрочем, команда корабля вряд ли могла встретиться с чем-то более трудным, чем сам сериал. За время выхода "Следующее поколение" пережило и развал СССР, означавший падение идеологии, на которой строился космос будущего, и уход из жизни Джина Родденберри, основателя.

От того действительно трогает, как до конца остаётся верен своему создателю сериал. С первой же встречи у Фарпоинта и до финальных прыжков в будущее и прошлое команды корабля, флагман Звёздного флота смело идёт туда, куда ни ступала нога человека, и не только. Примечательно, что и высшего своего расцвета он достигает уже после третьего сезона, и неуклонно растёт над собой вплоть до финала шестого, когда определённые серии, как и в случае с оригинальным сериалом, можно заносить в список лучших представителей научной фантастики вне зависимости от своего телевизионного происхождения. The Best of Both Worlds, Yesterday's Enterprise, The Inner Light - настоящая классика жанра, как она есть. Создатели буквально расширяют и понятие времени, то устраивая временную петлю за год до выходя Дня сурка (Cause and Effect), то углубляясь в доисторические эры, связывающие воедино целые расы целого квадранта Галактики, идя в ногу со временем, популяризуя палеогенетику (The Chase).

"Следующее поколение" честным трудом заслуживает право твёрдо стоять на своих ногах вне тени своего предшественника, не считаясь безликим сиквелом бессмертного оригинала. Корабль класса "Гэлэкси" и его команда проживают целую жизнь, целый культурный пласт внутри культовой франшизы, которая сама по себе является культурным феноменом. Но стоит лишь произнести имя коммандера Спока, вспомнить былые подвиги команды Кирка, стоит лишь Монтгомерри Скотту ступить на борт классического мостика, улыбка появляется сама по себе. Улыбка умиротворённой ностальгии по временам, когда будущее только начиналось. Когда приключения человества были только впереди. А затем наступает осознание: будущее уже рядом. И смелый поход к звёздам продолжается, как и продолжается путешествие корабля, так же носящего гордое имя...

"Энтерпрайз".

PS: Сегодня "Звёздному пути" исполняется 50 лет. С праздником

Live Long and Prosper!
Боунс

За гранью бесконечности

Рассказав историю восхождения к капитанскому креслу Джеймса Тиберия Кирка, наигравшись с главным антагонистом Стар Трека, создатели альтернативной временной линии решили, наконец, уделить внимание всему разношёрстному составу Энтерпрайза. Так что решение делать кино в духе одной большой серии оригинального сериала – закономерно, в конце концов, именно с малых экранов вышел экипаж флагмана Федерации, лучше всего взаимодействующий друг с другом именно в рамках определённой миссии. В данном случае, той самой пятилетней миссии по исследованию дальних уголков космоса, с которой начиналась вся франшиза в 1966-м году.

Забавно, что одной из претензий поклонников к Абрамсу – было наличие Земли в обоих его фильмах, отсутствие так называемого глубокого космоса. Претензия явно надуманная, т.к. из всех предыдущих киновоплощений Звёздного пути, наша родина отсутствовала только в девятом фильме киносаги, «Восстании», который, к слову, так же был одной большой серией Следующего поколения. Сходство не лучшее, но надо отметить, что серия серии рознь, а эпизоды оригинального сериала порой превосходили по смелости и количеству событий – полный метр, так что и слабость для одного может стать достоинством для другого.

С чем картина Джастина Лина однозначно справляется на ура, так это с тем самым раскрытием персонажей, ради которого, видимо, всё и затевалось. Раскидав героев по парам, заставив их взаимодействовать друг с другом, Лин словно бы тасует карты снова и снова, ища в каждом эксперименте самый яркий пример химии между героями, способными зажечь экран ярче любого спецэффекта. Кажется даже, что оставь в фильме лишь экипаж космического корабля, картина бы только выиграла. Именно сцены из жизни командного и не только состава, от энсинов до капитана, очаровывают с самого начала – обезличенной массовке даётся необходимый эмоциональный подтекст – даже в глубоком космосе жизнь не заканчивается. А затем, циничный режиссёр начинает пускать в расход ни в чём не повинный экипаж с такой скоростью, что кажется, что сотни людей в составе вне зависимости от цвета униформы – всего лишь балласт, от которого необходимо избавиться, чтобы переключиться на основных действующих лиц. Видимо это та самая жертва, которую оказывается необходимой принести, чтобы конфликт на одну серию выглядел куда более значимо. А так же чтобы компенсировать откровенную безликость очередного злодея.

Лучшее, что есть в образе Кролла, пожалуй, его прошлое, позволяющее сценаристам поднять тему роста над собой всей Федерации, ошибки истории, углубить мифологию, одновременно закрепляя за новой вселенной место в мире Звёздного пути. В остальном – перед нами очередная вариацию на тему снова и снова напоминающего о себе антагониста. Выкинутый со своей командой на необитаемой планете, забытый своим начальством, использующий тайное оружие для выплеска собственного гнева – Кролл выглядит очередной бледной копией классического Хана, чей образ в перезагруженном мире зачем-то решили распилить на два разных фильма. Только за гневом и возмездием нынешнего воплощения зла кроется мотивация крайне упрощённая. Он словно бы персонаж плохих супергеройских историй, обиженный на весь мир, а потому мстящий своим создателям, банально не способный сдержать свои комплексы. С другой стороны, в фильме, где все химические процессы отданы на откуп именно командному составу Энтерпрайза, злодей здесь лишь необходимость направить нескончаемую энергетику в единое русло. В конце концов, когда Кирк произносит уже уходящее в народ «Пошумим», Джастин Лин разгоняет варп-ядро до отказа, внезапно превращая космическую фантастику в залихватский космокомикс в духе Стражей Галактики.
Да, Стар Трек ни раз подстраивался под чужое кино, меняя жанры от политического триллера до темпоральной комедии, но в свой юбилейный год, кажется, Путь к звёздам не оставил ни одной киноленты про космос последних лет не охваченной. Не только речь о Стражах, здесь есть и свой Элизиум, к которому Энтерпрайз несётся в варпе, явно эволюционировавшем под влиянием Интерстеллара, а главная туземка с акцентом меняет Джейксулли на Монтгомеррискотти (хорошо, что не из клана инженеров). Место находится даже провалившейся незаслуженно Игре Эндера – пчелиный рой главного злодея – один в один жукеры О. С. Карда.

Хочется верить, что данный праздник жизни, заслуженный ценой целого экипажа, говорит лишь об универсальности мифологии, созданной когда-то талантом Джина Родденберри. Совсем не хочется, чтобы Стар Трек – Звёздный путь растворился во франшизах других авторов, потеряв сам себя. Да, Лин не забывает и о самооммажах, но они словно бы превращаются в необходимость, продиктованную юбилеем. Но нельзя не признать, что на фоне бесчисленных кивков в сторону чужих вселенных цитаты Шекспира, «очаровательные» замечания мистера Спока, гордость Боунса за свою профессию вызывают тёплую улыбку, как и Павел Чехов, вновь напоминающий, где же изобрели скотч. Напоминающий, к сожалению, в последний раз.

Да и старая добрая команда, оставшаяся в другом времени и мире, но продолжающая через разные сценарные и визуальные уловки связывать всю франшизу воедино, всё так же вызывает в душе нечто настолько понятное и доброе, что для описания этих эмоций слова не нужны. Они точно знали, куда их направит путь сквозь звёзды. И они смело следовали за этими звёздами. Главное теперь, чтобы и перезагруженный Стар Трек нашёл, наконец, себя. В конце концов за плечами франшизы уже целых 50 лет. Остаётся надеяться, что для Звёздного пути - эта дата лишь та грань, за которой ждёт бесконечность.
Бэйл

Нолан. Интерстеллар

Так же, как за Стэнли Кубрика работу над "Искусственным разумом" завершил Спилберг, за Спилберга "Межзвёздного" снял Нолан. Нолан, который, не скрывая, цитирует старого доброго Кубрика 1968-го года выпуска. Круг, что называется, замкнулся. Другое дело, что когда режиссёр снимает кино, которое изначально должен был снимать другой человек - это всегда сложно и, как правило, без последствий не обходится.

То, что фильм изначально писался под Спилберга - видно невооружённым глазом. Тут вам и обязательный упор на детях главного героя, да и вообще семье, и линейное повествование (по крайней мере для персонажа МакКонахи) и целая масса по-настоящему трогательных, в чём-то даже манипулятивных моментов, которые для Нолана до этого момента были нехарактерны. Да и сам ход действия разительно отличается: когда у постановщика "Начала" и "Престижа" правила игры всегда объясняются во время действий, на ходу, то в "Межзвёздном" прежде чем перейти к этим самым действиям, все фигуры расставляются по местам, грядущим событиям придают значимости, в ход вступает так любимое Спилбергом ожидание, предвкушение. Справился ли Нолан с нетипичным для себя творением? Вот тут ответ неоднозначный.

Безусловно, каким бы вышел фильм у режиссёра "Челюстей" и "Близких контактов", мы уже не узнаем. А то, что Нолан может делать чужое кино со всем присущим ему профессионализмом - нам известно - достаточно посмотреть "Бессонницу". И "Интерстеллар" здесь не отстаёт: на удивление все трогательные моменты работают, ожидание нарастает. С другой стороны, что-то случилось с Ли Смитом: обычно крайне резкий, динамичный монтаж работ Нолана (даже в "Бессоннице"), когда диалог не прерывался ни одной лишней секундой, с чем порой даже был перебор, уступил место длинным планам и пространным рассуждениям. И как бы они ни были хороши, кажется, даже поверхность чужих планет с её невероятными ланшафтами режиссёра не особо привлекает: ну а что, с чудесами гравитации он наигрался 4 года назад. И лишь в невесомости режиссёр вспоминает о том, что-то такое напряжение: стыковки, чёрные дыры - в такие моменты, действие развивает третью космическую.

Кто знает своё дело, так это оператор: виды космоса потрясают, этого не отнять, пусть даже при этом о своей любви к Одиссее создатели говорят уже в открытую, тот же Циммер, кажется, то и дело норовит процитировать в своём саундтреке что нибудь из классики. И подобно Кубрику же Нолан под конец пытается выйти за рамки понимания происходящего, за границы известных нам законов. Только Кубрик посмел лишить "2001" рациональных объяснений, отправив зрителя в психо-трип где-то на грани сознания и бессознательного, сейчас зрителю всё раскладывают по полочкам. Что, кстати, вновь напоминает, что режиссёр здесь не чистый творец. Как известно, Нолану недосказанность не чужда.

Впрочем, несмотря ни на что, в самом главном Нолан всё-таки остаётся верен себе. Достаточно вспомнить заветы "Инсепшина" - тем легче внедрить идею, чем она проще. А идея в "Интерстелларе" - крайне проста. За всеми научными/псевдонаучными/антинаучными выводами, вопросами, ответами скрывается одна истина: любовь - главная сила во Вселенной. И не важно - любовь отца к детям или двух влюблённых друг к другу - главное для настоящей любви нет преград - ни в пространстве, ни во времени. Красиво? Да. Безумно? Конечно. Но когда еле сдерживаешь слёзы и одновременно смех радости, понимаешь, блин, что эта красота и это безумие работают.

Самое простое кино Нолана. И красивое.
Джедай

Джон Картер с Марса


Говорить о том, что Джон Картер - это вся фантастика последних ста лет вместе взятая - уже какой-то моветон. Да, уже всем известно, что Берроуз стал вдохновителем для большинства видных литературных и кино фантастов ушедшего века.  И потому то, что всё мы уже это где-то, да видели, самый нечестный повод придраться к масштабному эпосу. А ведь серьёзно, "Картер" - самый настоящий сай-фай эпик, пожалуй, редчайший гость на киноэкранах. Масштабной фантастики мы не видели уже очень давно. Даже тот же "Аватар", с которым фильм Стэнтона сравнивают чаще всего, свёлся по сути к потасовке вокруг летающих камней.

Впрочем, ещё более редкий гость целлулоида - это Марс. Когда-то захватившая умы тайна красной планеты теперь абсолютно неинтересна публике. Одноимённый (в рос.прокате) мультфильм носит титул главного провала всех времён, а Брайан де Пальма сошёл с голливудской арены как раз после "Миссии на Марс". Да что говорить, если даже Спилберг отказал пришельцам Герберта Уэллса в марсианском происхождении.

Меж тем, Марс не просто 4-я планета от солнца. Марс - это тайна. Марс - это мечты об утерянной цивилизации. Марс - это олицетворение надежды на то, что мы не одиноки в огромной Вселенной. Марс - это целый мир, окружённый легендами и мифами 20-го столетия. И именно Мифология, выстроенная Эдгаром Берроузом вокруг нашего красного соседа по звёздному пространству, то, благодаря чему достойной кинофраншизы заслуживает даже не герой Джон Картер, а сам Марс. В конце концов, что главное в фантастико/фэнтезийном произведении, если не самый настоящий живой мир, в котором главный герой лишь один из участников истории, затрагивающей целые поколения (в этом сравнении цветущая Пандора легко проиграет пустынному Барсуму)

Помимо же мифологии и масштаба, "Картер" - это просто красивое кино, ну а какой ещё может быть работа студии Пиксар и конкретно Эндрю Стэнтона? И невероятно прискорбно, что цифры в который раз играют против Диснея. И ещё одного путешествия на Марс вероятнее всего не предвидится.
Джедай

Star Trek


Space... The Final Frontier. These are the voyages of the starship Enterprise. Its five year mission to explore strange new worlds. To seek out new lifeforms and new civilizations... To boldly go where no man has gone before....
 
Star Trek появился в то время, когда последний рубеж остался позади. Впереди лежала бесконечная Вселенная, и пока учёные рвались преодолеть земную гравитацию, писатели-фантасты получили новую пищу для размышлений о грядущем. Кто-то считал, что человечество не готово к тому, что ждёт его за пределами атмосферы, кто-то был уверен, что в тишине космического вакуума поджидают опасности. А кто-то, как Джин Родденберри, смотрел в будущее с надеждой.

Мир Звёздного пути идеален. Конфедерация Звёздных систем, взаимно уважающих и поддерживающих друг друга, где нет места холодной войне, расовым предрассудкам, встреча с новыми цивилизациями становится формой службы во флоте, а армада звёздных кораблей несёт в первую очередь исследовательские функции. Симпатия Родденберри коммунизму очевидна, за ним - будущее, где главная ценность - знание, неравенство выражается лишь в военных званиях, миссии Энтерпрайза уготована пятилетка, на борту корабля есть место представителям всех рас и даже инопланетянину, а во втором сезоне к команде экипажа и вовсе присоединяется русский с характерной фамилией Чехов.

Конечно, одними исследованиями дело не ограничится, путь сквозь звёзды полон опасностей: машины-убийцы, злобные андроиды, кукловоды в лучших традициях Хайнлайна, гигантские амёбы, фашистские цивилизации, планеты богов, жестокие церемонии Вулкана. Родденберри сотоварищи наполняют Звёздный путь целым сонмом миров. И пусть сейчас сериал выглядит топорно, картонные декорации вызывают улыбку - но за сценариями скрывается отличная научно-фантастическая основа. Киборги, кремниевая жизнь, перемещения во времени, вышедшие из под контроля машины. Проблемы, в то время только осваиваемые авторами нф жанра, здесь находят своё воплощение, а сюжет некоторых серий (The City on the Edge of Forever, Space Seed, The Menagerie, This Side of Paradise) и вовсе достоин полного метра.

Выдержать стиль долго не удаётся, уже второй сезон сводится к более лёгкому, подчас комедийному настрою (Нимой и Келли своими перепалками откровенно крадут зрительское внимание у капитана всех капитанов), а с уходом Родденберри сериал (в третьем сезоне) и вовсе лишается своего величия.

Но достигнутое остаётся неоспоримым. Ведь Стар Трек, уже тогда, в конце 60-х, во времена Холодной Войны и гонки вооружений, вместо ядерных угроз наполняет сердце людей жаждой встреч с неизведанным, созданиями других миров, желающих жить долго и Процветать, романтикой безграничного космоса, в котором не нужно слышать крика, а достаточно лишь тянуться к сиянию звёзд, далёких, но оттого ещё более манящих

P.S. С Днём Освоения Космоса, Последнего Рубежа!
Джедай

10.10.10. 2001: Космическая одиссея



To Infinity and Beyond

 

“- Dave. Im afraid.” – бортовой компьютер «Дискавери I», HAL 9000

 

В 1957 году первый искусственный спутник Земли вышел на свою орбиту. В 1961 году, Юрий Гагарин стал первым человеком, преодолевшим последний рубеж. В 1969 Нил Армстронг ступил по Луне. За год до этого Стэнли Кубрик и Артур Кларк вывели на экраны кинотеатров эпохальное зрелище, готовившее к грядущему тысячелетию и преодолению новых рубежей.

 

Обратившись к фантастике, Кубрик создал фундамент будущего, заложил основы развития жанра, вместе с Кларком подняв вопросы, которые и впредь будут тревожить образованное человечество. Точнее, вопросы безусловно поднимались и ранее, но именно двум мастерам удалось придать им тот необходимый символизм, на который будут опираться фантасты будущего. Авторы заглядывают далеко за горизонт, словно Гомер в незапамятные времена, наделяя путешествие своего героя образами и чувствами. Даже название своего рода образ, 2001 - первый год нового тысячелетие, начало встречи перед неизведанным.

 

Произведение уникально, не стараясь рассказать и объяснить, заставляет чувствовать, (абсолютно абстрактны 10 минут путешествий через Звёздные врата, гениальное решение, когда перед человеком возникают тайны вселенной, которые тот понять не способен, и вынужден ощущать их, пропускать через собственное сознание), усиливая значение эмоций с помощью классической музыки (использование Also Sprach Zarathustra Рихарда Штрауса уже стало классическим приёмом). В финале лента и вовсе срывается в чистый поток абстракционизма, когда к окончанию путешествия из далёкого прошлого в будущее, зритель сам становится тем самым Одиссеем, свидетелем нового непостижимого ещё человеку мира.

 

Обезьяна убивает и становится человеком. Машина ошибается, спасается, просит о пощаде, уподобляясь своим создателям. А сам человек, главный герой, становится единым с высшим разумом, находясь на начальной стадии своего развития и понимания тайн Вселенной, но даже теперь, подобно царю Итаки, наконец возвращаясь домой...

 

Окончена холодная война, снизилась скорость гонки вооружений, в борьбе за газ и нефть люди уже не так часто поднимают свои глаза к звёздам. И если человеку когда-либо и суждено обрести своё единство с высшим разумом, то точно не сейчас. Человечество не готово, не способно быть готовым.

Кубрик и Кларк были удивительно точны в своих прогнозах. Что в 2001, что сегодня, в 2010 году, человечество остаётся младенцем на рубежах бескрайней Вселенной.