Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Джедай

David Prowse (1935-2020)


Их лица были скрыты за масками, но им предстояло стать символами целого поколения. И в их последнем путешествии они встретятся будучи самими собой.
Collapse )
Джедай

Beleriand, Beleriand, the borders of the Elven-land (c)

Есть что-то примечательное и очень символичное, что две книги Толкина, одна - наконец переведённый сборник поэм о Белерианде, лежавших у самого основания мифологии и другая являющаяся фактически последней книгой Профессора, изданной под редакцией его сына, а значит и последняя книга о Средиземье - заказанные при этом из разных источников, дошли до меня в один день, и день этот - 21 сентября - день рождения Бильбо Бэггинса и день издания Хоббита в далёком нынче 1937-м году, с которого в общем то знакомство мира с мифологией Средиземья и началось.
Collapse )
Хан

Слёзы в дожде.


"I've seen things you people wouldn't believe"

"Бегущий по лезвию" - как сеанс гипноза, завораживающего с первых кадров, проводящего симметрию между взглядом обычного зрителя и взглядом жителя будущего, предлагающего взглянуть на мир, которого нет, возможно, к счастью, и не будет, но который нашёл своё место на киноплёнке, с подачи сэра Ридли Скотта и под божественный саундтрек Вангелиса. Оба мастера сошлись в 1982-м, чтобы создать визуально-аудиальное совершенство, киномонумент на основе романа Филиппа Дика, посвящение человечеству, кажется, обречённому к жизни под вечным дождём холодного мегаполиса, кричащего об одиночестве и безысходности.

"Бегущий по лезвию" - как кинонуар, где люди, как и совы, не то, чем кажутся. Где детектив влюбляется в подозреваемую, устремляясь в водоворот опасных связей. Где детектив - "убийца" машин, где подозреваемая - сама машина, но где страсть самая настоящая, пусть недолгая, обречённая подобно окружающему их миру. Мир, лишённый черного и белого, где Земля пережиток прошлого - место, которое покидают, чтобы выжить, люди, и место, куда бегут, чтобы жить, их творения. Здесь, в неоне сумрачного мегаполиса, порождённого культурой 1980-х годов, в начале только начинавших путь к окончанию холодной войны, дождь - как символические слёзы по утерянному и не обретённому.

"Attack ships on fire off the shoulder of Orion. I watched C-beams glitter in the dark near the Tannhauser Gate"

"Бегущий по лезвию" - как высшая точка творчества Мастера Скотта, идеи из которой он черпает и до сих. Отношения создателей и их созданий, недолгой жизни и вечной смерти здесь находят лаконичное, но законченное в своём совершенстве воплощение. Противопоставляется буквально все и всему: искусственные совы, выглядящие не менее реально, чем живые голуби. Люди с синдромом Мафусаила, вынужденные стареть раньше времени и творения рук людских, вынужденные раньше времени умирать. Охотник за премиальными, без жалости убиващий тех, кого не принято равнять с жизнью и репликант, в последнем своем вздохе дающий человеку право жить.

"Бегущий по лезвию" - как произведение, лишь черпающее вдохновениt, но не воспроизводящее роман Дика дословно. Оно и не нужно. "Мечтают ли андроиды об электроовцах?" спрашивал автор книги на обложке своего произведения. Но, кажется, не произнося его вслух, сэру Ридли Скотту удалось дать на данный вопрос даже более всеоблемлющий ответ, отказавшись от лишних линий, связанных с мерсеризмом, философией неслучившегося будущего, заключенной в способности сострадать всем живым существам. Здесь сострадание в самом взгляде, здесь любовь в самих словах. Здесь пресловутый мерсеризм в действии: безжалостный к людской жизни репликант уходит со взмахом голубиных крыльев, в небо, туда, откуда он и спустился на Землю, чтобы нанести визит Создателю, с которым словно бы поменялся местами.


"All those moments will be lost in time"

"Бегущий по лезвию" - как личная "Космическая Одиссея" сэра Скотта, доведшего его в своей монтажной версии до соответствующей формы, лишив закадрового голоса подобно же Кубрику, обрезав финал, оставив больше вопросов, чем ответов. "Блэйд раннер" - Путешествие к пониманию сути человеческого существа. Потому и финал окончательной версии, которой в этом же году исполняется десять лет, происходит даже несколько раньше, чем начинают идти титры, а зритель, почти на 2 часа заворожённый, вынужден вернуться к миру реальному.

Совершенно не важно, кто и главный герой, Рик Декард, осознающий себя живым достаточно, чтобы жить, как бы ни мешали его осознанию навязанные кем-то чужие сны. Настоящий финал происходит там, на крыше, где антагонист произведения, Рой Батти, подводит черту под всей своей жизнью, измеренной в событиях, историях, переживаниях. Измеренной в звёздах, которые, невиденные родом человеческим, обречены на забвение вместе с последним вздохом пробежавшегося по тонкой грани между жизнью и существованием.

"Like tears in rain"

"Бегущему по лезвию" сэра Ридли Скотта - ровно 35 лет.